-Войдите.

Вошла Конан. Он сразу почувствовал, как у него в груди что-то шевельнулось, всё-таки он был к ней неравнодушен...

-Конан-сан... - немного удивленно пробормотал он. - Я не ожидал вас здесь увидеть...
-Пейн... я хотела поговорить. Можно я присяду на диван?
-Да... конечно.
-Гм...так о чем ты хотела поговорить?

Пейн медленно подошел к дивану, боковым зрением поглядывая на Конан.
Он позволил себе легкую, еле заметную усмешку. Наверное, это странно выглядит со стороны. Но теперь он знал, как сделать свою жизнь интереснее. А еще опаснее.
Он чуть сощурил глаза, глядя на Конан. Ее взгляд завораживал. Опасность всегда завораживает.
- Все равно сейчас нечем заняться, - как бы оправдываясь, ответил Пейн. Но он оправдывался скорее перед собой, чем перед Конан. Сегодня ему, как никогда раньше, хотелось совершить глупость. Наверное, от скуки.

Конан, заметив усмешку, которую Пейн так мастерски скрывал, посмотрела на него таким взглядом, будто пыталась дать ему понять, чего она так хочет. Ей хотелось просто забыться, отдаться своим желаниям, хоть раз сделать что-то для себя самой, а не для организации, которой она отдавала всё, что у неё было. Ну... почти всё. Она почувствовала, как атмосфера в помещении изменилась, наполнилась каким-то странным магнетизмом. Вскоре она поняла: её тянуло к нему, как бабочку к огню. Он манит её и манил всегда. Но лишь осознание этого пугало её. Она посмотрела на Пейна слегка соблазнительным взглядом. Изящно поиграв пальцами бумажным цветком в волосах, она грациозно приблизилась к Пейну. Зачаровывающий взгляд был направлен исключительно на него.

Пейн тряхнул головой, словно пытаясь избавиться от наваждения, но это не помогло. Он стоял, не в силах оторвать от глаз от Конан. Свет словно померк, все расплывалось, но он отчетливо видел женский силуэт, с каждой секундой приближающийся к нему. Что с ним происходит? Новое и такое манящее чувство, сопротивляться которому бесполезно.
"А почему бы и нет?" - мелькнула на самом краю сознания мысль, но тут же была отринута разумом.
Он сделал шаг к ней, к его недоступной цели.
- Конан, - впервые в разговоре с Конан Пейн отступил от официальности. Владелец Риненгана удивился, заметив в своем голосе нотки не то грусти, не то жалости. Его разум говорил, что нужно уйти как можно быстрее. В то же время обычные, земные и человеческие желания затмевали все остатки логики. - Это глупо.

Выражение лица Конан слегка изменилось. Она остановилась и отвела свой манящий взгляд. "Он прав, - подумала она. - И чего я хочу? Того, что никогда ни к чему не приведёт? Что изменится от этой связи?.. Ничего. Чего же я делаю?" Она знала, что бросаться в омут с головой бессмысленно и безрассудно, но что она могла поделать? Ей это было нужно как никогда. Она стояла и смотрела на человека, которого ей так хотелось коснуться, к которому хотелось прижаться, которого хотелось...

Последние отголоски разума, которые приказывали остановиться, исчезли, когда он увидел, как изменилось ее лицо. Он, несомненно, был прав, но сейчас сожалел о сказанном. Пейн чуть нахмурился. Оказывается, ему нравилось видеть ее глаза, такие холодные и обжигающие, но мгновение назад полные страсти, граничащей с отчаянием. Она стояла совсем рядом, в шаге от него, обычно уверенная и неприступная, а сейчас растерянная, беспомощно глядящая в сторону.
Пейн сделал шаг, о котором, возможно, еще пожалеет, но который был необходим.
Совсем рядом. Пейн медленно поднял руку и коснулся ее щеки.

Внезапное прикосновение перевернуло мир Конан с ног на голову. Оно обожгло её словно огонь. Она не понимала, как такой холодный снаружи человек может быть таким горячим внутри. Конан потянулась щекой к его ладони. Ей нужно было почувствовать больше его прикосновений, ощущать его горячую ладонь на её холодной щеке. Она закрыла глаза. Её губы едва могли двигаться, чтоб произнести хотя бы слог. "Так вот каково это, - пронеслось в её затуманенной от его прикосновения голове, - чувствовать, что тебя кто-то желает. И не из-за власти и не потому, что ты - вещь, которая всегда под рукой, а по-настоящему, искренне желает". Вскоре мысли Конан растаяли под его огненным прикосновением. Её поражало то, как одно только его касание доводило её до безумия. Она жадно ловила каждый момент, боясь, что всё скоро закончится и он остановится.

Пейн с удовольствием смотрел на ее лицо. Столько чувств, эмоций... Как она могла раньше быть такой черствой? Или он просто ничего не замечал? Скорее, просто не хотел замечать, вбив себе в голову, что она ему принадлежит. Сейчас она делает именно то, что хочет. А он лишь помогает в осуществлении ее, да и его собственных, желаний.
Пальцами второй рукой он осторожно провел по ее лицу, следя за реакцией. Затем, все так же нежно, коснулся своими губами ее губ. В любой момент он был готов остановиться, но почему-то ему казалось, что останавливаться не придется...
Пейн мысленно поздравил себя с новыми проблемами. Но они его больше не волновали. Здесь были только двое - он и Конан - все остальное было не важно.

Её тело покрылось мурашками, колени затряслись, сердце бешено забилось. Когда губы Пейна коснулись её собственных, Конан показалось, что это самое лучшее, что с ней когда-либо происходило. Она никогда раньше не испытывала такого удовольствия, неземного наслаждения. Прикосновение его губ словно пробуждало в ней новую жизнь, желание стремиться к чему-то большему, ранее неизведанному. Та страстность, давно дремлющая и замкнутая в ней, собиралась выплеснуться наружу.
Конан немного растерянно и застенчиво обвила свои руки вокруг его шеи. Осознав, что сдерживаться нет смысла и остановиться она не сможет, девушка прижала его ещё крепче к себе, словно боялась, что он испарится.

Странное ощущение охватило Пейна, когда он почувствовал прикосновение ее рук. Хотелось замереть и не шевелиться, закрыть глаза и подчиниться ее ласке. Никогда раньше он не испытывал подобного. С другой стороны, остановиться он уже не мог.
Пейн осторожно, но в то же время крепко, прижал ее к себе за талию. Его губы скользнули по ее шее, коснулись плеча. Не удержавшись, он нежно прикусил ее кожу.

Конан вздрогнула. Словно электрический импульс пронзил её тело, когда она почувствовала, как Пейн прикусил её нежную кожу. Каждый миллиметр её тела, которого коснулись его обжигающие губы, был в огне. Она просто задыхалась от его ласк. Она знала, что с каждым движением, с каждым касанием, с каждым поцелуем она падала всё дальше в пропасть. Но останавливаться не желала. Она просто хотела, чтобы это продолжалось. Девушка хотела позволить ему зайти так далеко, как он хотел.
Ей было душно и жарко. Дышать было тяжело. Каждое его прикосновение останавливало её сердце на мгновение. Она прижала его голову ещё крепче к себе, перебирая волосы Пейна. Куноичи доверилась ему полностью. Она хотела, чтобы он вознёс её на самый высокий уровень удовольствия, даже если ей придётся поплатиться за это ни с чем несравнимое чувство.

Пейн задыхался от нахлынувших чувств. Он с неохотой оторвался от ее плеча и заглянул в ее глаза. Если бы она знала, как тяжело дается ему эта нежность, как ему хочется просто впиться в ее губы, сорвать с нее одежду, повалить на очень удачно оказавшийся поблизости диван... Он улыбнулся. Ничего не мешало его мечтам осуществиться. Прямо сейчас.
Он грубо прижал Конан к стене, зажав между своим телом и рукой, преградив ей путь к отступлению. "Ну что, довольна? - хотел прошептать он. - Сейчас ты получишь все, что хотела!" Но голос ему не подчинялся. Из горла вырвался нечленораздельный хрип, и Пейн, как и хотел, подчиняюще поцеловал Конан, кусая ее губы. Одной рукой он продолжал удерживать Конан, другой же начал расстегивать свой плащ, желая хоть немного ослабить жар, охвативший все тело...

Глаза Конан расширились от новых ощущений. Он словно знал, что ей нужно. Возможно, он читал это по глазам. Её спина была впечатана в холодную стену, но это было не важно - жар, исходящий от мужчины, жадно впившегося в её губы, сжигал каждую клеточку её тела. Она почувствовала всю ту страсть, всё то желание, что накопилось в нём. Он так страстно целовал её губы, что у Конан ещё сильнее закружилась голова от сумасшедшего желания.
Решив не сдерживать себя, она начала стягивать с Пейна плащ, который он так отчаянно расстегивал. Конан запустила руки ему под майку, чувствуя как его мышцы напряглись. Её тонкие женские пальчики касались каждого миллиметра его идеального торса. Она теряла голову всё сильней и сильней, с каждой секундой….

Пейн вздрогнул от ее прикосновения, такого нежного и желанного. Он чувствовал, что вот-вот полностью потеряет контроль над собой. Он старался сдерживаться, но его руки с новой силой сжали хрупкое тело Конан. Он оторвался от ее губ и вновь взглянул в эти светло-голубые глаза, которые сводили его с ума. Обжигая ее своим дыханием, с хрипом вырывающимся из горла, он стал раздирать ее одежду, мечтая только прикоснуться к ее телу, прижать к себе. Его сердце выстукивало сумасшедший ритм, его губы искали новых и новых поцелуев, страсть сжигала его изнутри, требуя немедленного выхода. Его руки скользили по изящной фигуре, жадно и грубо касаясь кожи. Поцелуи, переходящие в укусы, сместились с лица на шею, потом опять на плечи... Он чувствовала, что Конан дрожит от его прикосновений, но ему все больше хотелось завладеть ее телом. Таким соблазнительным, с такой невероятно нежной кожей, которую он немилосердно мял своими руками...

Полностью поддавшись власти его губ и рук, Конан боялась лишь одного - умереть от переизбытка наслаждения. Она забыла обо всём, и ей было всё равно. Сейчас она была готова сделать всё, чтобы как можно дольше удержать это чувство. Она тонула в бездонном океане своей страсти и страсти своего партнёра. Ей казалось, что его страсти нет предела. Каждый новый поцелуй, каждый укус, каждое прикосновение становились всё горячее. Когда его испепеляющие губы касались её кожи, Конан словно разрывалось на части от наслаждения. Это было сравнимо с извержением вулкана, но гораздо опаснее и жарче.
Конан прикусила губу, чтобы сдержать стоны, которые так и норовили соскользнуть с её обожженных его поцелуями губ. Её руки уже медленнее блуждали по его телу. Она высвободила их из-под его майки и вновь обвила вокруг шеи. Она заставила его губы оторваться от её тела, притянув его голову к себе так, что она смотрела ему прямо в глаза, в эти бездонные, полные страсти глаза.
Её глаза говорили ему, что она готова, готова ко всему, и ей сейчас наплевать на последствия....
Она страстно поцеловала Пейна... сама. Наконец она дала свободу своему желанию, которое так долго томилось под контролем её холодного разума. Она хотела вложить в поцелуй всё, что могла отдать, а взамен получить всё, что он мог ей дать. Вкус его губ был таким соблазнительным. Она просто не хотела отрываться от него...

Пейн словно очнулся. "Чего я жду?" - пронеслось в его голове. С усилием он оторвался от ее губ, подхватил на руки и осторожно опустился на диван, посадив Конан себе на колени. Он нежно провел рукой по ее волосам, наслаждаясь трепетом ее возбужденного тела.
- Потерпи еще немного, - шепнул он ей.
Он осторожно уложил ее на спину, медленно ложась рядом с ней. Все движения казались слишком медленными, но он не хотел торопиться... Обняв одной рукой ее плечи и неотрывно глядя в голубые глаза, он провел рукой по ложбинке между грудей, скользнул круговым движением по вздрогнувшему от жаркого прикосновения животу и стал осторожно поглаживать ее бедра. Несмотря на то, что, судя по взгляду, Конан хотела продолжения, он не спешил и склонился к ее шее, слегка прикусывая, но тут же отпуская тонкую кожу и зализывая розоватые отметины горячим языком. Оставив цепочку «поцелуев» от уха Конан до ключицы, он начал вылизывать соблазнительную ямочку.

Конан трепетала от нетерпения и возбуждения. Она просто продолжала извиваться от его прикосновений и поцелуев. Он мучил её, безжалостно мучил своими сладкими пытками. Его язык творил чудеса. Она некогда не думала, что такое возможно испытать. Он хотел подольше поиздеваться над ней, он проверял границы её терпения. Она продолжала послушно отдаваться каждому его движению. Руки, которые продолжали скользить по её телу, сводили с ума. Она сгорала под его прикосновениями и поцелуями, как бабочка в огне. Его ласки не знали пощады.
Конан, больше не могла продолжать прикусывать уже кровоточащую губу, поэтому она вцепилась ногтями в его сильную, мужскую спину. Она оставляла следы, а иногда и царапины на его спине. Его ласки были не выносимы, и она больше не могла сдерживать стон. Он, наконец, соскользнул с её губ...

Он лишь морщился, когда ее коготки оставляли на его спине очередную царапину... Услышав стон, он оторвался от ее тела и затуманенными от страсти глазами посмотрел на нее. Он коварно улыбнулся.
Диван протестующе скрипнул, когда Пейн медленно перекатился, подминая Конан под себя и - чтобы не придавить хрупкую девушку - упираясь локтями по обе стороны от ее лица.
- Ты уверена, что хочешь?.. - ее ответ уже не имел значения, но Пейн все же задал вопрос. Он осторожно слизнул капельки крови с ее губ. Ее крови. И вновь страсть, отпустившая его на пару мгновений, вернулась. Ее тело принадлежало только ему.
- Ты хочешь, чтобы я продолжал? - еще один ненужный вопрос, ответ на который был ясен. Он все равно уже не смог бы остановиться.

Глаза Конан отвечали сами за себя. Они сияли от нетерпения... Как долго она ждала этого! Тот момент, когда они полностью будут принадлежать только друг другу, вот-вот настанет. Волнение закипало в её крови, когда она думала об этом. Конечно, думать она тогда не могла, скорее представляла. Он владел ею, доминировал, но, в то же время, она была свободной. Наконец свободной. Она хотела этого так же, как и он. Так же безумно и страстно... Всё чего она желала - почувствовать всего его внутри себя....

Пейн, словно дразня и издеваясь, отстранился от нее, следя за ее глазами, в которых отразилась паника. Он высвободился из ее рук и резко стянул с себя футболку, которая ужасно мешала. После этого он вновь приблизился к Конан и стал покрывать ее лицо быстрыми легкими поцелуями. Опять отстранившись, он полностью снял с нее оставшуюся одежду и с восхищением оглядел ее тело.
Конан явно было неуютно, когда она оказалась перед ним полностью обнаженной, Пейн прижал ее к себе, согревая своим телом, убеждая полностью расслабиться. Когда его грудь коснулась ее обнаженной кожи, по спине Пейна пробежали мурашки, он даже тихо застонал от этого удовольствия, прикрыв глаза.
Спустя мгновение он стал расстегивать свои брюки, желая как можно быстрее освободиться от внезапно ставшей такой лишней одежды.

Конан слегка нервозно смотрела, как Пейн пожирает её глазами. Он словно раздевал её душу ими. Когда он прижал её к себе, она задрожала от невероятного ощущения. Он смотрела, как он постепенно избавлялся от своей одежды. Она задыхалась от волнения и нетерпения. Она не знала, что именно ждёт её, но она твёрдо знала, что хочет этого. Она предстала пред ним обнажённой во всех смыслах этого слова. Ни с кем до этого, Конан не чувствовала себя такой желанной и нужной. Она хотела его - всего целиком, и только для себя...

Избавившись от одежды, Пейн полностью переключил свое внимание на Конан. Он осторожно, словно боясь причинить ей боль, поглаживал ее кожу, целовал грудь, чуть прикусывая набухшие соски, гладил ее живот, постепенно спуская свои руки все ниже...
Каждое прикосновение к ее коже возбуждало его еще сильнее. Он хотел ее, но в то же время, хотел доставить Конан такое же удовольствие.
Какая-то часть его все еще сопротивлялась охватившим чувствам, и это было единственной причиной, мешавшей ему наброситься на принадлежащее ему тело.
Пейн осторожно раздвинул ноги Конан, не желая ее к чему-либо принуждать, но в тоже время настойчиво требуя подчиниться...

Когда губы Пейна касались её груди, Конан словно умирала от желания. Он так возбуждал её... Каждое его движение и прикосновение сжигали её дотла. Сейчас, она была готова сделать ради него всё, что он попросит. Она была под его властью - добровольно. Она хотела, чтобы он владел ею.
Когда руки Пейна стали спускаться всё ниже по её возбуждённому телу, Конан издала ещё один, звонкий стон. Он словно говорил, что она больше, чем просто готова.
Она поняла, что Пейн собирается воплотить её желания в реальность, когда почувствовала, как он раздвинул её ноги. Волнение охватило всё тело. Жар заполнял каждую клеточку, стук сердца слышался в голове...

Пейн медленно провел руками по ее бедрам, при этом следя за ее лицом. Он уже давно понял, чего так настойчиво хотела от него Конан. Стук его собственного сердца заглушал все остальные звуки. Он нежно потрепал девушку рукой по щеке и резко, одним порывистым движением, вошел в нее. Пейн остановился, стараясь сдерживать себя, чтобы доставить удовольствие своей партнерше.
Он наклонился к ее лицу, осторожно целуя ее губы, вновь и вновь упрашивая довериться ему...

Конан почувствовала резкую, режущую боль внизу живота. Будто бы тысячи иголок кололи её изнутри. Она отчаянно схватилась за плечи наклонившегося к ней Пейна. Она видела в его глаза какое-то успокоение. Он пытался дать ей понять, что боль вскоре исчезнет, да Конан и сама это знала, но сейчас она забыла обо всём на свете....
Поцелуи Пейна успокаивали её, несли в себе какой-то комфорт, а сладкий вкус его мягких губ был для неё лекарством. Она хотела, несмотря ни на какую боль и страх, чтобы он продолжал, и не останавливался...

Он ласкал ее чувствительные губы, и это заставляло его забыть обо всем вокруг. Стук сердца гулом отдавался в висках, тело Пейна уже не подчинялось его воле, с силой вжимаясь бедрами в вздрагивавшую от каждого движения Конан.
Ее руки стиснули его плечи, но она, наверное, даже не заметила, что неосознанно, словно желая прижать его к себе еще ближе, обвила ногами его талию. Пейн не смог сдержать тихого стона от кружащей ему голову долгожданной власти над этой женщиной...
Все мысли исчезли, осталось только желание, желание получить ее всю, целиком. Движения Пейна становились более быстрыми и нетерпеливыми...

Конан крепко обхватила талию Пейна своими ногами, желая почувствовать его всё глубже внутри себя. Боль постепенно сменилась новыми ощущениями, которые уносили её в другое измерение. Она чувствовала, как Пейн движется внутри неё. Ритм с каждым толчком становился сильнее и напористей. Он проникал всё глубже, вознося синеволосую куноичи на новые высоты блаженства.
Конан, ещё крепче вцепилась в его плечи. Она старалась двигаться в такт его движениям. Ощущение его внутри неё было потрясающим. Она хотела, чтобы это чувство никогда не покидало её тело. Он словно был сделан для неё. Конан полностью отдалась чувствам и ощущениям. Она была с ним, и больше ничего не было важно.

Его дыхание сбилось, а пульс давно зашкаливал. Пейн чуть слышно стонал от удовольствия.
Ее руки все сильнее впивались в его кожу, царапали его спину, Пейн перестал обращать на это внимание. Его волновала только она. Его движения стали еще более сильными...
Пейна захлестнуло наслаждение. Совершив последнее движение, он на секунду замер, судорожно глотая воздух сквозь стиснутые зубы и с удовлетворением замечая такое же тяжелое дыхание Конан.
Шепча ласковые слова, Пейн касался ее лица успокаивающими поцелуями, осторожно отстраняясь от нее, придавленной его движениями к дивану. Медленно перекатившись на бок, он мягко прижал до сих пор вздрагивающую Конан к себе, поглаживая ее спину.

Конан охватило обжигающие, кружащее голову ощущение, когда Пейн совершил последний, самый сильный и глубокий толчок внутри неё. Она не хотела сдерживать стон удовольствия. Она достигла своего пика - ощущения, которое она никогда не забудет и не сможет испытать ни с кем, кроме него. Он, успокаивающе поглаживал её спину. Слова, которые он шептал ей, отдавались эхом в её голове. Сердце стало биться медленнее и спокойнее, но дыхание ещё не совсем восстановилось. Конан положила свою голову на его сильную грудь, чувствуя, как его сердце бьётся в унисон с её.

Так они и заснули в его комнате, не думая больше ни о чем.....

Как это было давно... ©